Про мою жизнь

Письмо к дочери Василия Бойко-Великого

Известного православного мецената и просветителя, сыгравшего ключевую роль в разоблачении официальной версии о принадлежности святой Царской Семье пресловутых «екатеринбургских останков», тихо уничтожают в СИЗО. По просьбе его родных публикуем данное письмо, в котором они описывает, как это делается.

Мне выпали новые испытания. 6,7,11,12,13,15 декабря меня вывозят в Черемушкинский суд. Выход из камеры в 7:00 на холодную «сборку», посадка в КАМАЗ с 30 заключёнными в 10:00, высадка в Черемушкинском суде в 13:00, посадка обратно в КАМАЗ примерно в 19:00, высадка в Бутырке примерно в 22:00 на холодную «сборку», заход в камеру примерно в 1 час ночи. На сон остаётся в лучшем случае 4 часа. Конечно, дремлю в КАМАЗе и на сборах, но это не нормальный сон. При этом в понедельник 11 декабря вернули в камеру в 3 ночи. И это не только меня, так у всех.

В то же время ни 7, ни 11 декабря ознакомления в суде не было, потому что не хватало охранников поднять меня в зал. Я просил судью Боднарь привозить меня в суд через день. Например, понедельник, среда, пятница. Или вторник, четверг. Но она отказала. Просил знакомить меня с аудиозаписями в СИЗО, но говорят, что якобы это невозможно.

Почему так подробно пишу? - Я хочу, чтобы это вышло в публичное пространство. Формально никто в таком графике не виноват. Ни сотрудники СИЗО, ни охранники Черемушкинского суда, ни другие. Каждый выполняет свои обязанности. А мне созданы невыносимые условия существования, равносильные пыткам - отсутствием 8-часового сна, который мне должны обеспечить по «Закону о содержании под стражей».

И это касается не только меня. Такой график есть ещё у нескольких человек в Бутырке. Надо добиться соблюдения закона. Судья Боднарь, видимо, считает, что это не её дело, что меня заводят в камеру в 1 час ночи или что недостаточно сотрудников в охране Черемушкинского суда и в СИЗО. Сами Черемушкинские охранники говорят мне писать жалобы, что их мало, не хватает. Я попросил соратников распространить среди тех, кто молится за меня, чтобы они тоже писали жалобы, что меня фактически подвергают пыткам в мои 64 года.

Обвинять кого-то конкретно не надо. Формально никто не виноват. Но в совокупности получаются пытки.

Также прошу передать всем, что я не политический заключённый. Я политикой не занимался, и даже если моё заключение обусловлено моей позицией по Царскому делу - это вопросы ВЕРЫ, а не политики. Поэтому точнее говорить, что есть силы, которые заинтересованы в гонениях на Веру, облачённых в обвинения по экономическому преступлению. Я поддерживаю СВО и об этом заявлял публично, поддерживаю все благие дела нашей президентской власти, в том числе и то, что при Путине захоронения «екатеринбургских останков» как Царских так и не произошло. Гонения на меня не от Путина и его команды.