Иранский урок для России и мира

Корни неудачи «коалиции Эпштейна» в Иране – в губительной модернистской философии прогрессизма

На фото: американская авиационная техника, разбитая иранскими ПВО

Теперь уже можно с уверенностью сказать, что Трамп и Нетаньяху в Иране проиграли. Причем, совершенно независимо от того, чем в конечном счете закончится эта война. Расчет «коалиции Эпштейна» (приоритет в изобретении данного термина принадлежит известному востоковеду Каринэ Геворгян) на то, что можно будет одержать победу над Ираном за счет традиционной американо-израильской «высокотехнологичной» тактики, провалился.

Это имеет, разумеется, не только ситуативное значение, но далеко выходит за пределы собственно военной или региональной стороны дела. Включая и крайне важную здесь экономическо-финансовую прагматику. Можно сколько угодно говорить, что в конечном счете закулисные хозяева мира все равно все просчитали и достигнут своей цели обрушения мировой экономики и, следовательно, укрепления власти транснациональных финансовых корпораций. Для себя, в противостоянии с мировой кодлой глобальных хищников Иран все равно выиграл.

И этот выигрыш означает не больше не меньше, как крах западной модели мира, основанной на культе, абсолютизации понятия, точнее концепта т.н. «прогресса».

Запад всегда воспринимал Восток как нечто статичное, отсталое, не способное к развитию. В логике порожденной Западом цивилизации модерна невозможно сочетать научное, техническое, экономическое и, между прочим, антропологическое развитие и верность традиции, особенно религиозной. Крайне забавно и поучительно снисходительное отношение к персидской цивилизации, насчитывающей не одну тысячу лет, двух искусственных государств-новоделов, созданных эмигрантами при активном содействии крупнейших финансовых воротил и сразу заливших кровью «аборигенов» ту землю, на которую переселенцы пришли. Необычайно поучительный парадокс заключается в том, что сами западники в свое время и привели к власти в Иране режим аятолл именно для того, чтобы страна не развивалась, чтобы она застыла в архаике, в новом Средневековье. С точки зрения Запада, такая логика безупречна: как могут управлять развитием религиозные фанатики, для кого религия – всё?!

Ну и? Если это не называется обмишулиться, то я не понимаю значение слов…

За несколько десятилетий иранцы смогли создать мощнейший сплав традиционной укорененности в своей вере, использования лучших западных технологий и при этом – такое государство, которое стоит на плечах великой, многотысячелетней персидской цивилизации, оказавшейся способной не только укреплять свою древнюю имперскость, настоящую «цветущую сложность», прочно скрепленную национальным и ценностным (не этническим!) самосознанием, но и достойно отвечать на вызовы современности. Персы, как выяснилось, очень хорошо понимают, что такое ассиметричные ответы и тактика «слабых» воздействий на болевые, уязвимые точки противника. Тупая и самоуверенная мощь западного технологического величия и непобедимости оказалась слабой перед восточной мудростью, хитростью и изощренным умением использовать слабости врага, нанося удары там, где он того не ждет. По-русски это называется, кажется, «нашла коса на камень» и «голь на выдумки хитра».

Не имея ядерного оружия, иранцы имеют достаточное мужество и веру, чтобы разговаривать с бандой мировых хищников как власть имеющие. И с глубоким презрением смотрят на полуграмотных западных лидеров, имея в своем активе не одну ученую степень и глубокий научно-профессиональный взгляд на лучшие достижения того же Запада.

Почему же Россия, имея ядерное оружие, так не может? Этот вопрос теперь уже многие у нас задают себе и друг другу.

Оставим в стороне сиюминутные стенания и поверхностные оценочные суждения по поводу качества нынешней российской «илитки». Посмотрим в корень.

В начале ХХ века Россия очень похоже на современный Иран стремительно развивалась, ничуть не поступаясь своей культурой, религией, жизненным укладом. Империя была на подъеме, и отрицать это, пробавляясь либерально-пропагандистскими мифами об отсталой лапотной стране, могут только очень неумные и невежественные люди, чье сознание прочно находится в рабстве у отвлеченных идей. Однако благодаря обольщенности части своих элит фантазийным обаянием, иллюзией «русского Запада», берущей свое начало еще с пресловутых петровских реформ, а также при содействии «доброжелателей с того же Запада была выброшена на путь прогрессизма и жестко-революционной ломки традиции. На протяжении десятилетий революция готовилась «орденом русской интеллигенции», тем, что Солженицын метко назвал действием «либерального поля». Сильного в крупных городах и особенно в столицах, но совершенно незнакомого провинции. Революционная ломка была совершенно небывалой, пожалуй, для всей мировой истории. ХХ век стал для нашей страны столетием непрерывных революций, перманентного отрицания своего прошлого, торжеством губительного воинствующего утопизма. Иллюзорная надежда построить что-то новое без опоры на Традицию, привела нас к «разбитому корыту», когда в действующих элитах доминирует трусость, политическая импотенция, тотальное воровство и главное – смертельная боязнь собственной страны и ее народа.

Сейчас наша страна стоит на грани окончательного краха. И это являет собой полную противоположность персидскому чуду, испугавшему прогрессистский Запад похлеще самой смерти. Которую, правда, там надеются преодолеть при помощи своих сатанинских биотехнологий.

Владимир Семенко